Category: космос

Category was added automatically. Read all entries about "космос".

Ума палата

Бегунок и молния

Запустил режим бегунка.
Пропускаю через свой зубчатый рот и позвоночник молнию времени, города и пространства. Что было расстегнуто, застёгивается за моей спиной.
Я бегу по издыхающему последним теплом городу, влажным после дождя улицам. На краю дорог низкие ветки с переспелыми, тёмно-зелёными листьями хлещут меня по голове и наполняют каждый уголок, дырку, щель запахом пьяного буйства.
Выбегаю на берег Малой Невы. И там за мостом «Голден Гейт» разваливается на куски жёлтое солнце. Куски тонут в чёрной воде. Слепят мои чёрные глаза. Чёрные не по цвету, а помыслам. Так-то они, как шёрстка старой мыши.
Этими мышиным глазами я рассматриваю встречных бегунов. Подтянутых мужичков в модных кроссовках и красных варёных девиц. Они тяжело дышат. Они мучают себя этой дорогой- удавкой.
А мне легко. Мне так легко, что даже смешно.
1. В моих наушниках неизменный Дэвид. Вы знали, что Дэвид 80-х и 90-х – лучшее, что можно придумать для бега? Как я мог этого не знать? Как я мог довольствоваться исключительно семидесятыми? Долбоёб. Так и запишите.
2. Мне плевать на упражнения с дыханием и всякие теории про благотворность режимов на пульсе 120. Терпеть не могу черепаший бег. Мой средний пульс 155, среднее время 5.1 – 5.2 минуты за километр.
3. Но главное: мне плевать на ЗОЖ. Я пью: пиво, вино, ликёр, ром, самогон, даже спирт, когда всё кончается. Конечно, мы все прекрасно понимаем, ничем хорошим это не закончится. Я умру от инсульта или инфаркта вот в такой погожий денёк. Зато потом вы сможете вытащить этот текст и трижды засмеяться.
4. Самое главное. Наиглавнейшее. Меня не очень то и волнует сам бег. Не волнует вес, стройность фигуры и прочая шаплупень, из-за которой люди убиваются. Быть жирным не так уж и плохо. Если тебе, например, сделают подножку, а ты упадёшь на человечка. У того человечка под твоим весом может треснуть жизнь, или даже лопнуть самосознание. Однако, мне нужно быть быстрым и выносливым, чтобы бегать за мячом. Да, всё ради этого. Ведь, как всем известно, футбол важнее секса и даже пива! Прости боженька божок.
IMG_20200731_001412
IMG_20200731_001541
Капитон

затмение не для дураков

Пока луна выкаблучивается с солнцем, у меня жёлтое пятно перед глазами. Оно застилает мой взгляд, и я даже не могу нормально разглядывать голых женщин в интернете. Вы что, не могли предупредить меня, что смотреть на затмение невооружённым взглядом опасно?
Что я теперь буду делать? Наощупь? Таких мониторов ещё не придумали. А если и придумали, то выпуклые фото женщин на них точно не транслируют. А зря. Для таких дураков, как я, это был бы выход.
Точно говорю.
Ума палата

Интерстеллар в доме Целибеева

Нолан раздробил зубы в моих глазах, расшатал пальцы в моём сердце, растворил в моей душе яд змея Уробороса. Три часа я сидел прикованный к экрану…

Потом я и Тепленко пили ром. Нет, мы начали его пить, пока ещё не отзвенела реклама перед новой картиной Кристофера Нолана. А когда у нас кончился ром, я достал коньяк. И мы стали мешать колу с коньяком.
Через три часа, я почувствовал пятое измерение, в которое проваливался вместе с героями фильма. Тепленко подвывал от радости, я же сидел, растопырив глаза, не веря происходящему.
Зал опустел. Мы продолжали сидеть. У нас ещё оставался коньяк. Уборщица узбечка заплакала, что ей нужно домой, а скоро метро закроют. Тепленко смеялся и вспоминал свою бывшую девушку по имяни Феруза. Она жила в авиагородке, и как-то раз после нескольких бутылок водки, мы отправились туда. Там кое-что случилось, Тепленко ещё два месяца не мог нормально разговаривать…
- Феруза, значит лучезарная, - гордо сказал Тепленко. Уборщица узбечка продолжала плакать, а потом пригрозила охраной кинотеатра и ядом змеи Уробороса.

Город искривлялся в нескольких пространствах, серыми помехами сыпался мелкий снежок, холодный временной континуум входил в мои лёгкие и растворялся в жилах.
На углу Загородного и Серпуховского, я увидел странный, мёртвый дом. Нет, он ещё казался живым. Он стоял, он ещё не падал египетским пеплом в петербургские пески. Но его многочисленные окна глазницы чернели мёртвой пустотой.



- Дом призраков, - сказал я.
- Да, это Нолан нас привёл сюда, - ответил Тепленко, - это дом призраков «петроградский институт высших знаний». То есть он когда-то был институтом высших знаний, пока не умер.
- Не бывает бывших высших знаний, - ответил я.
- Мы должны туда попасть, - решительно сказал Тепленко.
Collapse )
безумный профессор

Все работы хороши

У меня есть племянник. Его зовут Петя. Он ещё крайне мелкий, но уже категорически разговорчивый.

Я не знаю, о чём разговаривать с детьми, поэтому просто вяло спрашиваю, а кем ты хочешь стать?

- Сутенёром, - гордо отвечает Петя.

Из рук его мамы падает тарелка. Моя сестра девушка не только приличная, но и крайне чувствительная. По её овальному лицу стало понятно, что слова затерялись в горле.

Я решил разрядить атмосферку.

- У, - говорю, - интересная профессия. А космонавтом?

- Не, космонавтом не хочу. Я темноты боюсь.

- Может президентом? – с надеждой протянул я, - теперь все хотят стать президентом.

- Не, президент у нас уже есть.

- И то верно.

- Хочу сутенёром.

- Где же ты такого нахватался? – прошептала Лена в ужасе.

- По телеку показывали.

- А ты хоть знаешь, кто это такие?

- Конечно! Это дяденьки, которые следят за тётеньками и получают большие деньги!- Петя гордо поднял голову. – Вот я за тобой слежу и ничего не получаю!

Надо заметить, Петя единственный мужчина в их семье, чем крайне гордится.

- Когда станешь сутлером, - сказал я, - мне будет скидка?

Но Петя меня не понял, маленький ещё.


Мёртвый Фока

100 тысяч лет

Давно я не занимался, обычной для жж лабудой. Займусь:

Сегодня ночью мне приснился длинный, эпический сон. Я в составе ста тысяч человек на борту огромного космического корабля отправился на другую планету. Я даже знал все научные обоснования данного проекта. Корабль был оборудован по типу небольшой планеты, на которой люди должны были жить… сто тысяч лет. Ровно столько, сколько лететь до ближайшей, пригодной к обитанию, планеты. Я сразу вспомнил Хайнлайновских «Пасынков вселенной». Однако там сюжет развивается уже спустя огромное количество времени, когда люди забыли, куда летят. Мало того, они забыли, что вообще летят. Поколения сменяли поколения. Жизнь текла своим чередом.

Но я был в самом начале. Шли первые годы. И я был ещё из тех людей, которые стартовали с земли.

Не обошлось без драматичного сюжета. Я служил в армии корабля (космолётам тоже нужна армия), толи капитаном, толи старшим лейтенантом. На очередном построении я повздорил с офицером соседнего взвода и убил его с трёх ударов кулаком. И был крайне горд собой, своей силой.

Самый апогей, как и полагается, наступил в финале, когда на краю солнечной системы мы приземлились на планете, где был воздух, росла трава, и ветер гулял по горам! Но мы не остались там, слишком уж близко планета находилась к земле! И курс на сто тысяч лет менять нельзя!


Ума палата

Кури

Курить я начал в 4 года. Отлично помню этот момент.

Батя пришёл с работы весёлый, выпивший – требовал праздника. Моя мелкая курящая натура, как ему показалось, может его развлечь. Он выудил из кожаной куртки, пахнущей мазутом, бензином и мужской смелостью пачку сигарет, подмигнул и заговорчески сказал:

- Хочешь?

Это были сигареты «Космос». Отец хотел быстро умереть, поэтому курил «Космос».

Я считал себя взрослым. Это предложение мне польстило.

- Только всю пачку, - сказал Батя.

- А как же? – отвечаю, - иначе и смысла нет!

- Это верно, сынок.

Он думал, я не выкурю! А я всю пачку, до последней сигаретки, аж лёгкие свело! Я потом неделю говорить нормально не мог, всё кашлял.

Но, годы шли, а организм мой постепенно приучивался к травяному зелью, которое для нас открыли молодцы эракезы. Благо долго привыкать не пришлось. Я с детства приучен - все родители курили, и дяди и даже бабушка Валя.  Я всегда с завистью смотрел, как она залихватски убивала толстые, серые беломорины у себя во рту.

Привык я быстро. Во втором классе я уже не мог без сигарет. Можете представить, как трудно приходилось мальчику 8 лет, которому страсть как хочется подымить (через час), а каждая собака готова вместе с дымом тебя сожрать! Дескать вредно, расти не будешь!

Враньё! Я вырос, и ещё как! Не 180 сэмэ, но мне и не баскетболистом становится. Я и при своих 150 –и неплохо до звонка достаю.

Вообще, в школьные годы мне более всего туго приходилось. Не покурить, не продохнуть. А как прекрасна сигаретка после заунывной болтовни биологички Лилии Ивановны.  Как расслабляет дым, уничтожает вредные бактерии, и негатив, накопленный плохой оценкой, к примеру.

Хорошо в ПТУ было проще. Там разрешали курить прямо на уроке. Мостак наш был на все дела мостак. Он, кстати, научил меня курить по-французски. Вы умеете курить по-французски? Я умею! Мостак научил! Это великолепно!

А представьте, как ущемлены некурящии! У нас на работе, к примеру, есть перерыв на перекур. А если ты некурящий- работай! А что им ещё остаётся делать? А я каждые десять минут в курилку. Благодать!

А враки, что люди курящие быстро умирают, коченеют и вообще.. всё это враки! То что намедни врачишка поликлинический выдумал мне какую-то дикую астму, и я по ночам, бывает, задыхаюсь. Но в этом совсем не сигареты виновны. Сигареты наоборот, убивают бактерии, успокаивают нервную систему. Во всём виноват климат! Живём мы в плохом климате! С климатом надо бороться! Даёшь здоровый климат!

И сигаретку! Смолистую, вкусную! Ням-ням-ням-ням!

Ума палата

Формула космоса

Мне стало страшно. Мне стало так страшно, что вспотели руки и ледяные мурашки застудили спину. Сердце закудахтало. Как несушка в предсмертных судорогах. Я слишком мал для таких вещей. Я не знаю, как это описать.
Я пришёл в Русский музей.
Я пришёл в Русский музей на выставку Павла Филонова.
Я ни черта не разбираюсь в живописи. Я ничего не понимаю в искусстве. Меня нельзя пускать к таким вещам.
Я испугался.
В зале темно, как ночью в проклятом запорожском поле. Картины мерцают, как звёзды в поле, как образа в тёмном углу закопченной избы. Выдумщик освещать так картины постарался….
И звуки металла, гул в трубе. Бабки-смотрительницы в трансе. Семь часов подобных воздействий и жёлтый дом всё ближе.
Я плетусь, разгребая кости усопших лет. Филонов художник будущего. Если это будущее вообще существует. Я – бравый солдатик марширую по отточенному лезвию картона. У меня мозоли на глазах. Кто закроет мне веки?
Кто закроет мне веки?
Кто закроет мне веки?
Времени нет. Времени нет. За вселенной ничего нет. Что за вселенной? Что находится за вселенной? Что стоит за концом вселенной?
Мне страшно.
Кто закроет мне веки?
я подумал тогда, - что же это такое? Почему нам не понять? Или понять? Но что за концом вселенной, что находится там, дальше, ещё дальше, и как это может не оканчиваться? Как это может не иметь конца?. Это только в абстрактной геометрии луч бесконечен. Как понять без абстракций, что такое бесконечность? Такое привычное и заезженное слово.
 
Кто закроет мне веки?