Category: ссср

Category was added automatically. Read all entries about "ссср".

Ума палата

Как я напугал Сталина

Мой временной портал постоянно кидает меня в тридцатые годы двадцатого века. Сложно сказать, с чем это связано. Возможно, это самое бесячее время, что каждый раз думая о нём, во мне вызываются смысловые судороги.
На этот раз нас закинуло в кремль. В самое червивое сердце страны. Тридцать седьмой год. В тесном полутёмном коридоре столпилась вся сталинская рать: Молотов, Петруничев, Ворошилов, Берия, Ежов…
Они стояли на ковровой дорожке, в ожидании Хозяина. Негромко переговаривались, кто-то курил, затуманивая белой вонью длинный коридор.
Скрипнула дверь. Вышел низкий сутулый человечек в военном френче с трубкой под густыми усами.
Я появился неожиданно. С огромной Беретой в руках, как у Робокопа.
- Ну, что пизда вам всем, товарищи злодеи, - сказал я и пульнул в ногу Берии.
Круглолицый грузин взвизгнул, как свинка.
Будто из-под плинтуса выскочили телохранители. Но было поздно. Я уже приставил дуло к чёрной в оспинах башке.
Они всё равно начали палить. Но это было смешно. Я облачился в пулеотводящий костюм. Выстрелы рикошетили по стенам.
Сталин испугано вытаращил мелкие чёрные глазки.
- Тебя, Коба, – сказал я медленно и по слогам. – Я буду убивать медленно за прошлое и будущее.
Я старался быть спокойным, но голос меня подводил. Я хрипел.
- За будущее? – прошептал он.
- Да. И прежде всего за вторую мировую войну. За десятки миллионов жертв.
- За какую ещё вторую мировую? – запищал Сталин тонким голоском.
- За ту, что ты, сука с Гитлером развязал, когда думал Европу поделить. Но Гитлер тебя, долбоёба провёл. И если бы не русский солдат, ни его кровь и смелость, ковырялся бы в твоих кишках Борман ещё в сорок втором году…
- Борман… В сорок втором, - шептал ошарашенный Сталин.
Не знаю, что на меня нашло и я заговорил пропагандистскими штампами.
Испуганного несчастного Кобу я зачем-то отпустил. Ежова с Берией показательно застрелил.
Потом я нырнул в сороквой год на дачу Сталина в Ялте. Мне передали, что «хозяин отошёл от дел, потому как не смог смириться, что в будущем его обманул Гитлер». Никакой второй мировой не началось. Немцы не полезли в Европу без передела с Советами.
Я вернулся в наше время и включил телевизор. С экрана на меня смотрел Эдвард Радзинский.
- Молодец, - сказал он мне своим скрипучим голосом, широко улыбаясь. – Умыл Кобу.
- Но знаете, Эдвард Станиславович, страшнее Сталина мне кажутся сталинисты. Вот где настоящее зло. Мрази.
- Мрази мразей, - ответил Радзинский.
И я довольный проснулся.
Ума палата

Последний пионер СССР

Под конец дня пионерии, я вспомнил, что я последний пионер Советского Союза. Тепленко с Фокой приняли с первого захода, да ещё на Авроре. Потому, что они были отличники с хорошим поведением. А я был полугопничек. Однажды Наталья Анатольевна (наша учительница) в припадке гнева порвала мою тетрадку с прописями и заставила за выходные всё переписать.
Меня взяли только в следующий заход. Я с трепетом ходил в комнату к нашему вожатому Любовь Александровне, и слушал наставления, как нужно подготовиться и что выучить для столь ответственного дела – вступления в пионеры.
В те годы ни Мальчиш Кибальчиш, ни Тимур с его ко, и даже не Миша Поляков (будущий лидер Мосфильмовского ОПГ Шевкуненко) из «Кортика» и «Бронзовой птицы» уже не были моими героями. А Терминатор, Робокоп и Эллен Рипли с инопланетным котом из живота – им я поклонялся, ими хотел стать.
При этом, мне ужасно хотелось вступить в пионерию.
В ночь перед присягой, утомлённый зубрёжкой пионерских заветов (это было необходимым условием), я подошёл к окну и через открытую форточку стал молиться боженьке.
Молился я так: боженька, дорогой, сделай так, чтобы меня взяли. Пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста. Я буду хорошим, и буду тебя любить. Ну, боженька…
Боженька исполнил своё обещание. А вот я обманул его по всем статьям.
С тех пор он меня и наказывает. Как известно, боженька очень злопамятный типок. Очень.
PS На следующий день после вступления я, счастливый, повязал галстук и пошёл в школу не напрямую, а в обход, чтобы все бабки района увидели, что я теперь пионер. Правда, за всё время, что я его носил (чуть меньше года), я так и не научился делать пионерский узел. В этом я тоже вижу богонаказание.

IMG_20200519_200232
Война

Блогер признался в убийстве Сталина

Знаю, как вам не нравятся мои путешествия во времени. Но сегодня я попал в 5-е марта 1953-го года. Под утро.
Я убивал Сталина.
А случилось это так. У меня была перчатка с иголками, как у Фреди Крюгера. Я попал в кремлёвскую квартиру тогдашнего вождя. Сталин и без меня уже был плох. Мелкий усохший старикашка с жёлтой бугристой кожей и костистыми лапами, торчащими из-под белой ночнушки. Он шлёпал босыми пятками по кафелю, пятился назад, испуганно глядя на мою перчатку.
Тогда-то я пихнул иголки ему под подбородок.
Он захрипел, повалился на пол. Я оттащил его на кровать и вызвал дежурного офицера. Объявил ему торжественным шёпотом, что «Иосиф Виссарионович умер» и чтобы он вызвал сюда Жукова.
Неожиданно Сталин начал хрипеть и подниматься с постели. Тогда я помог подняться ему и обрушил головой о пол.
Незамедлительно появился Жуков. Но не тот конь-генерал Жук на Манежной, а разудалый белогвардейский полковник, точно из фильма «Смерть Сталина». Он был в красивом кителе с орденами и поднятым воротником, с початой бутылкой шампанского в руке.
- Генерал, - сказал я, - я могу обратиться только к вам. К герою народа, к генералу победы. Я кончил усача. Теперь судьба России в ваших руках. Я не могу обращаться к Хрущёву, Маленкову, Булганину…
- Булганин мразь, - кивнул Жуков и отхлебнул шампанского.
- Вот именно, - сказал я.
- А что с Берией?
- Он тоже того… - и я махнул крюгеровской перчаткой.
- Дело, голуба, - улыбнулся Жуков и потрепал меня за щёку.
- Я из двадцать первого века. – продолжил я. - Я знаю, что произойдет дальше. Этого нельзя допустить.
Жуков вскинул брови.
Потом мы поехали по ресторанам. И проходя мимо какой-то компании евреев, я воскликнул: «Усатая мразь сдохла, радуйтесь».
Они испуганно смотрели на меня и на генерала Жука. Жук улыбался. Я тоже.
Когда вернусь, подумал я, в интернете запестреют статьи «Блогер признался в убийстве Сталина».
Вот, я вернулся. И что? Ни одного заголовка!